Там была сначала подготовка к какому-то семейному торжеству (мы все должны были быть там — я с родителями, сестра с семейством, бабушки и дедушки), которое проводилось в помещении, поразительно похожем на квартиру бабушки Т., однако, с отличиями. Ещё, как оказалось, должно были присутствовать несколько посторонних лиц, я об этом узнала, когда увидела парня, который был, вроде как, фотографом, но было с ним что-то не так.

Я не сразу сообразила, что именно, но поняла, что он что-то скрывает. Он фотографировал (тайком) то, что иные бы обошли вниманием, и вёл себя при этом крайне загадочно. Я пару раз пыталась как разговорить его на эту тему, так и украсть его фотоаппарат, чтобы понять, что он снимает и зачем. Но ничего особо необычно вытянуть из них не удалось, и вообще, мне никто не поверил.

Я в итоге даже нарочно испортила праздничный торт, ответственность за который была на моей совести, чтобы отвлечь фотографа и, пока всё будет решаться и все будут отвлечены, скопировать файлы с флэшки его фотоаппарата, чтобы потом делально их изучить и понять, что не так. Пришлось извиняться перед родственниками и остальными. Парень не мог не заметить, что я в чём-то его подозреваю, и тоже присматривался ко мне. В оконцове, уже после торжества и ещё каких-то событий, которых я уже не помню, мы оказались где-то, типа, на военной базе. Причём, я там была единственной служащей женского пола, но это было, вроде как, нормально. Обстановка нагнеталась и я знала, что мы ожидаем нападения.

И на нас напали, сначала одна враждебная сторона в лице какого-то опасного чудика с какими-то сверхъествественно мощными возможностями к разрушениям, потом, неожиданно, другая. И я знала, что один из них — это тот фотограф, только трансформированный. И ещё я знала, что на деле он не злой, скорее, он пытается справиться с первым мистическим врагом, просто не знает, как при этом обезопасить нас.

В конце концов же, нас общий враг стал как-то побеждать, и, хотя их трудно было отличить друг от друга (они с фотографом были поразительно похожи), я поняла, кто из них кто, и пыталась помочь. Войско, частью которого я являлась, получило приказ отступать, у нас на базе было что-то вроде безопасного бункера внизу, и, пока фотограф отвлекал врага, наши парни спускались вниз. Я была последней, следила, все ли спаслись, но прежде чем закрыть вход, я подумала, что неправильно оставлять фотографа наедине с врагом, даже если они как-то взаимосвязанны, похожи и в чём-то равны. Я сделала ему знак, чтобы шёл за мной, и только когда он, выгадав время, спустился тоже, закрыла за нами герметичный люк.

Я помню, что, улыбаясь, успела сказать ему что-то вроде: "вот, оцени преимущества командной работы, а не бессмысленной борьбы в одиночку", а потом проснулась.

Сон с 3 на 4 января, к слову, вчера не было времени записать.

Мне снилось, что я была в числе научных исследователей, которые изучали структуру Марса и той воды, которую смогли там обнаружить. Мы, вроде как, сделали вывод, что на Марсе возможна жизнь, и, согласно нашим исследованиям, единственным живым организмом, способным прижиться на Марсе, были сурикаты. И мы отловили практически всех земных представителей этого вида, переселили их прямиком на красную планету. И они действительно прижились, начали развиваться. Сурикаты на Марсе, фантастика! Я бы тоже так хотела: далёкая планета, никаких людей — только я, сурикаты и вода=)))

Но там в итоге вышел конфликт, потому что в нашем учёном сообществе был один чувак, который не поддерживал общее направление исследований, он считал, что мы поступили неправильно, сразу поселив на Марсе готовых сурикатов, мол, мы обошли планету в желании потратить миллиарды лет на свой собственный путь в этом направлении. Он утверждал, что мы способствовали инволюции вместо эволюции, и вообще это был, по его словам, гигантский шаг назад, как для Марса, так и для Земли. И он саботировал всю нашу работу, как мог.

Не знаю, кто из нас был прав, но сон был интересный.