...Наслаждение катастрофой - составная интеллекта...
Кое-что еще о будущем кладбище имени меня. Я подумала, если часовенка будет достаточно вместительная, да к тому же и католическая — если не по религиозной направленности округи, так хоть по внешнему виду и внутреннему устройству, — то можно будет усановить там какой-нибудь внушительного вида классический орган. Было бы великолепно. Я влюблена в органную музыку.
А на входе, за воротами, стояла бы скрипачка. Женщина, которая играла бы на скрипке так долго и часто, как только могла бы. Идиллическая картинка, представили?
И я жила бы в сторожке и писала бы свои истории. Иногда на кладбище приходили бы редкие люди — вероятно, родственники усопших, — они приносили бы цветы, скорбели, и ухаживали бы за могилами, а я смотрела бы на них из окна.
Я бы знала в лицо каждого могильщика, они бы не заговаривали со мной никогда, кроме крайней деловой нужды, но (если всё-таки нам случалось встречаться) они бы кивали мне молча в знак уважительного приветствия. А я бы упомянула их имена в посвящении какой-нибудь повести — как ответный жест уважения. Все вокруг считали бы меня нелюдимой чудачкой, не от мира сего, но могильщики бы, становясь свидетелями таких разговоров, хмурились бы и отрывисто защищали меня всего парой слов, заставляя людей давиться слухами, но не разносить их.
Правда, думаю, что в моих фантазиях это уже переросло город П., так что, не знаю, где мне предстоит устроить Кладбище Моей Мечты. Но где-нибудь, обязательно, есть такое место. Думаю, ко времени, когда у меня будет возможность основать его и спокойно "отшельничать" со своими писательскими изысканиями, сколько захочется, я уже определюсь с географической точкой.
А на входе, за воротами, стояла бы скрипачка. Женщина, которая играла бы на скрипке так долго и часто, как только могла бы. Идиллическая картинка, представили?
И я жила бы в сторожке и писала бы свои истории. Иногда на кладбище приходили бы редкие люди — вероятно, родственники усопших, — они приносили бы цветы, скорбели, и ухаживали бы за могилами, а я смотрела бы на них из окна.
Я бы знала в лицо каждого могильщика, они бы не заговаривали со мной никогда, кроме крайней деловой нужды, но (если всё-таки нам случалось встречаться) они бы кивали мне молча в знак уважительного приветствия. А я бы упомянула их имена в посвящении какой-нибудь повести — как ответный жест уважения. Все вокруг считали бы меня нелюдимой чудачкой, не от мира сего, но могильщики бы, становясь свидетелями таких разговоров, хмурились бы и отрывисто защищали меня всего парой слов, заставляя людей давиться слухами, но не разносить их.
Правда, думаю, что в моих фантазиях это уже переросло город П., так что, не знаю, где мне предстоит устроить Кладбище Моей Мечты. Но где-нибудь, обязательно, есть такое место. Думаю, ко времени, когда у меня будет возможность основать его и спокойно "отшельничать" со своими писательскими изысканиями, сколько захочется, я уже определюсь с географической точкой.